на главную

О “МЁРТВЫХ ДУШАХ”.

Отличительной особенностью, если не основной мыслью, поэмы Николая Гоголя “Мёртвые души” является не скупка главным героем Чичиковым умерших крестьян, числящихся по спискам живыми, а то, что души абсолютно всех действующих лиц книги мёртвые, не живые: нацеленные только на денежную наживу, лишённые доброты и сострадания.

Лишь при столкновении брички Чичикова с богатой женской коляской мелькает на заднем плане единственная во всём произведении временно живая душа – шестнадцатилетняя девушка с золотыми волосами, едва-едва выпущенная из пансиона – но, как уверяет устами героя Гоголь, оставалось ей такой быть после аварии недолго:


“Славная бабешка! – сказал Чичиков, открывши табакерку и понюхавши табаку. – Но ведь что, главное, в ней хорошо? Хорошо то, что она сейчас только, как видно, выпущена из какого-нибудь пансиона или института, что в ней, как говорится, нет ещё ничего бабьего, то есть именно того, что у них есть самого неприятного. Она теперь как дитя, всё в ней просто, она скажет, что ей вздумается, засмеётся, где захочет засмеяться. Из неё всё можно сделать, она может быть чудо, а может выйти и дрянь, и выйдет дрянь! Вот пусть-на только за неё примутся теперь маменьки и тётушки. В один год так её наполнят всяким бабьём, что сам родной отец не узнает. Откуда возьмется и надутость, и чопорность, станет ворочаться по вытверженным наставлениям, станет ломать голову и придумывать, с кем, и как, и сколько нужно говорить, как на кого смотреть, всякую минуту будет бояться, чтобы не сказать больше, чем нужно, запутается наконец сама, и кончится тем, что станет наконец врать всю жизнь, и выйдет просто чёрт знает что!”


Впрочем, общество города NN успевает умертвить единственную живую душу ещё до взятия под крылья маменьки с тётушкой…